Распадения «Запада» на «европейский» и «американский»

Евстафьев Дмитрий

После предсказуемого распадения «Запада» на «европейский» и «американский»  вопрос  асимметрии стратегий России и Запада стал все чаще всплывать на поверхность. Несмотря на возможные издержки (вокруг меня предсказуемо начало «штормить»), я тоже поставлю его на первый план. Нас в данном случае интересует больше «европейский Запад». Россия, очевидно, сделала ставку на повышение градуса сдерживания с использованием ядерного компонента.

Пока сложно сказать, насколько такой подход  продуктивен с точки зрения влияния на нынешнее поколение евроатлантических элит и их политических фронтлайнеров. Надо посмотреть на ситуацию с чуть большего промежутка времени, нежели 1-2 дня. Вполне допускаю, что на какую-то из значимых евроатлантических групп это и будет оказывать влияние. Тем более, что в учениях в том числе были задействованы  средства, четко и однозначно сориентированные на сдерживание именно США, а не европейцев и британцев.

Но проблема в другом: это никак не смягчит  стратегическую линию европейских элит, нацеленную на формирования «пояса стратегического удушения России». Логику европейцев я вижу следующим  образом: создать условия для геополитической изоляции России за счет формирования новых очагов напряженности по ее границам от Балтики до Казахстана. Добиться эффекта размывания ресурсов и сыграть на опережение, пользуясь известной осторожностью российского руководства, никогда не идущего на эскалацию первым.  Подготовить мощный общенатовский удар по уже ослабленной России, пытаясь создать внутри страны оптимальную политическую обстановку для  запуска механизма общественной демобилизации и окончательного отрыва власти от общества. Это план рубежа 2029/30 годов. Но тут возникает целый ряд нюансов. 

В любом случае было бы совершенно неправильно считать проведенные учения ядерных сил «выстрелом в пустоту». Во всяком случае для ситуации в Балтийском море демонстрация возможностей ядерного оружия является явно не лишней. Другой вопрос, что все упирается в категорическое неверие наших оппонентов в нашу способность применить ядерное оружие даже в закритическом сценарии военно-силовой конфронтации. А тем более в ситуации, когда они сознательно – во всяком случае, в моей реконструкции - попытаются сделать шаг назад к гибридным форматам противостояния России.

Добавлю: эффект учений был сильно девальвирован ударом по Старобельску. И здесь конечно видна жесткая и высоко профессиональная игра британских кураторов. Это поставило Кремль перед дилеммой. Пойти на эскалацию, которой он явно не хочет (особенно после переговоров в Пекине), или понести значительные имиджевые потери, возможно самые серьезные за последнее время. Потому что удар нанесен совершенно демонстративный и по детям. Наш противник читает наши действия как по «открытой книге», четко локализовав главную  точку уязвимости России -  боязнь принятия жестких силовых решений и взятия на себя ответственности за их последствия. Если сейчас не сломать эту логику, противник начнет нас разбирать по кусочкам, в т.ч. и изнутри.